До следующего предупреждения...
никакого братания с иностранцами... – Мой сын будет гулять с любой в этом городе.
Сложновато вашему сыну будет гулять с пулей в каждом колене.
– Ты сказал, что хочешь здесь мира. – Теперь продолжим атаку.
Вы дама со статью и достоинством.
Я рисовал многих женщин. Я не возьму с вас плату.
Я слышал название Секция Д.
Члены парламента, армейские офицеры.
Мы только и пытаемся, что спасти страну от революции.
Это за убийство шпиона.
И взнос на последующие услуги.
А ваша жена знает, что на её сапфире
лежит заклятие?
Ни за что на свете не надела бы его.
За Энджела!
«Острые козырьки» 3 сезон, 3 серия
Он вернулся.
Его не было всю ночь?
Каждую ночь с похорон.
Возвращается под утром взглянуть на Чарли, да лошадей покормить.
А как стемнеет, опять уходит.
В детстве он часто ночевал на улице.
Кёрли находил его на пастбище...
Как малыш?
По ночам маму зовёт.
Томми составил список. Сначала он хочет видеть вас двоих.
А как же Джон и Артур?
Как бухгалтерия?
Без изменений.
Прибыль подросла.
Кроме того в три раза увеличилось число пожертвований
в Благотворительный фонд Шелби.
Совет предлагает дать новой школе
имя Грейс Шелби.
Передай совету, что название Школа Грейс Шелби
нас устраивает.
Здесь список того, что ещё должно быть сделано.
Всё.
– Томми... – Всё, Пол.
Молодцы, вы оба.
Ладно, пошли.
Мы с ним уже виделись.
Он хочет встретится со всеми в определённом порядке.
Обычно я могу его понять, но сейчас стало трудно...
Так что будьте начеку...
– Я думал тут хренов семейный совет. – Ага.
Думал, вместе все.
Джон, он скорбит.
Встретить всех за раз ему тяжело.
Ну да. Пошли, Джон.
Артур, нужно его вернуть.
Сабини и Соломоны уже прислали соболезнования и цветы.
Очень скоро они рванут по шоссе А1 как стая волков.
Идите. У нас график.
Только хорошие новости.
Они и есть только хорошие, Полли.
Пошло, на хрен, поехало.
Вот. Вот и он.
Привет, Том.
Привет, парни.
Нам...
Нам так и не удалось повидать тебя после похорон.
Ты совсем исчез, но...
Ну, мы с Джоном, мы просто хотели сказать...
– Артур. Заткнись. – Ладно.
Ладно. Говорите.
Мы сходили в больницу к Энджелу, где он лежал.
Перерезали ему глотку. Он мёртв.
И от остальных итальяшек
юг города очистили...
Они в основном двинулись в Блэк Кантри,
но мы шепнули Бетти Китчен, чтоб слала их дальше.
– Бетти передала свои соболезнования... – А что старик?
Мы допросили его парней.
Да, он свалил в Ливерпуль.
– Ждёт там пароход на Нью-Йорк. – Когда?
Следующий отплывает в субботу.
Хорошо.
У меня есть связи в пароходстве Кунарда в Ливерпуле.
У них будет список пассажиров.
Они могут пропустить вас к моменту отплытия.
Вы возьмёте его и приведёте ко мне.
С кем он едет?
С женой.
Что?
С женой.
Пристрелите её, а его - ко мне.
Томми? Миссис Чангретта была нашей учительницей.
Он хорошая женщина, Том. Хорошая женщина.
Ну раз хорошая, значит, в рай попадёт? А, Артур?
Делайте, что написано. И ничего больше. Потом сожгите.
И не говорите по телефону. Чёртова разведка нас прослушивает.
А старик мне нужен живым.
Я хочу сам всё сделать.
Ладно, это всё. Можете идти.
Пошли, Джон.
Томми, если ты не собираешься тут быть,
тебе придётся нам кое-что рассказать.
Спроси Полли.
Не Майкла?
Чего?
Не Майкла, нет?
Нет, не Майкла, нет.
Майкл занимается тем, что законно.
Ты с ним до нас виделся.
Джон, не сейчас.
Что, что ты сказал?
Ты с Майклом до нас виделся.
Какого хера, Джон.
Потому что законный бизнес, Джон, для нас важнее.
Законный бизнес... – С каких пор?
С тех, как моя, блядь, жена получила назначенную мне пулю.
А, ну да. Ладно. Это всё разведка. Разведка, мать её.
Болтаешь, а толком ни хрена не сказал.
А мы как парочка долбаных солдатиков. Делай так, Джон.
Делай сяк, Джон. Убей, бля, свою училку, Джон.
Значит, вот как всё будет?
Ладно, послушай.
Начнётся маленькая война
в одном захолустье, на которое все хер положили,
и тем, кто проиграет, нужно немного подсобить.
И они за это рады заплатить.
Как только дело сделано, законный бизнес станет главным.
А теперь делай, что написано и вали.
А ты когда вернёшься?
Я вернулся, Артур.
Штука в том, что мы здесь как на своём месте.
Где слуги едят.
Это никак не связано с политикой, Ада.
В зале охренеть как холодно.
Джон, не выражайся при Карле.
Ада, мы в людской,
потому что здесь хранят, мать её, выпивку.
Артур, подбирай слова.
Эй, Пол, а цыганская ругань в счёт?
Для нас нет причин
сейчас говорить на роке или шелте.
Я просто сказала, что в этом нет нужды.
Моя жена, как напьётся, на сраном английском и не говорит.
– Джон! – В точку, бля.
Справился?
Поощрил. Но без угроз.
Вероятные последствия без определённого указания
физического вреда...
Вот почему юный Майкл тут босс.
Знает слова получше нашего, да, Пол?
С каких это пор я твой босс, Артур?
Сначала с боссами собрание, потом с рабочими.
И когда это хоть один из вас смену отработал?
В старые времена, Финн,
на семейный совет все собирались...
...вместе. – Артур, заткнись.
А теперь мы с Джоном...
просто сраные работяги...
чья задача - слушаться.
За миссис Чангретту.
Артур.
Замолкни.
Финн. Сходи за его сигарами.
И что мы будем делать всю ночь?
По деревьям, блядь, лазать?
Джон, прекрати материться при ребёнке.
Да, а кто сказал, что ты на ночь останешься?
Я знаю, что нам делать.
Возьмём ружья, Джон.
И пойдём грёбаных фазанов стрелять.
Так все боссы делают, а?
Иди на хер, Артур...
Что ты мне сейчас, блядь, сказал?
Я не просил сегодня встречаться отдельно, понял?
Ты что мне, блядь, сказал?
Я тебя не расслышал.
Я не просил сегодня встречаться отдельно. Понятно?
Грёбаный фазан.
– Карл, нельзя так говорить. – Видите, что вы наделали.
Ладно, братцы, это всё чёртов виски говорит.
Я не просил, чтобы меня защищали, понял?
Так, заткнитесь, вы оба.
Сели.
Да, да, да...
Оглядитесь.
Посмотрите на дом.
Посмотрите, где мы.
Посмотрите, какой путь мы прошли.
Думаю, пора нам всем вести себя
более соответственно нашему положению.
Мы больше не работяги, Артур, все мы...
Томми мы все нужны.
Я хочу предложить тост.
Только крепкую семью никому не победить.
Томми ушёл, клянусь богом, он в кибитке с Джоном Псарём!
Дерьмо!
Вот что он вытворяет.
Томми! Постой!
– Артур! – Томми!
Артур, отпусти его.
Томми! Томми! Томми!
Вперёд. Вперёд.
Томми? Вперёд.
Они все выскочили.
Неужели ты им не скажешь? – Не скажу что?
Что мы едем в Уэльс.
Я оставил записку.
– А не сказал, зачем мы едем в Уэльс? – Нет.
А мне ты скажешь когда-нибудь, зачем мы едем в Уэльс?
Да, когда доберёмся.
Но.
Надо было взять хоть одну женщину, Томми.
Джонни, мы едем навестить женщину.
Вот так, хороший, вперёд. – Ладно.
Вперёд.
Он говорит, что вернётся в Бирмингем через 3 дня.
Отпустим его.
Главное, раз он сказал, что вернётся,
значит, вернётся.
Пошли разведём огонь в зале.
Выпьем виски.
С водой.
Иди присмотри за лошадью, Джонни.
Хорошо, Том.
Мы поедем через Мериден и Блэк-Маунтинс.
Да.
Дай мне немного. Молодец.
Ну вот.
Помнишь, прошлой ночью ты звал маму?
Она ушла, Чарли, и нам кое о чём надо
честно поговорить.
Есть её фотоснимки, есть её вещи.
Мы всё оставим как есть в комнате.
Просто... оставим всё как есть.
Ну вот.
Вот так.
Не очень у меня получается, Чарли.
И они это скоро поймут.
Но она больше не вернётся, так что есть только ты и я.
Но она с нами... в наших сердцах.
Потому что мы её любим.
– Томми? – Да?
– Твоя долбаная лошадь не идёт ко мне. – Хорошо.
– Давай же. – Ладно. Я сейчас. Хорошо.
Это был её любимый жеребец, Чарли.
И он сам не свой, с тех пор как её не стало.
– Том? – Да, присмотри за ним.
Ладно.
Хорошо.
Теперь взведи его большим пальцем.
Вот так.
Теперь он взведён.
Он оживает в руке.
С курком это как девчонку разбудить.
Да.
Она поворачивается вся такая сонная и начинает, «Майкл... Майкл...»
«Чего ты от меня хочешь, Майкл...»
Вы, парни, совсем двинутые.
Да. Но ты ведь это и сам чувствуешь.
Чувствуешь.
Чувствуешь силу.
Теперь...
нажимай.
Блядь...
Без толку, бля.
Пошёл ты, Джон.
Майкл, зачем писаке, который днями зад просиживает,
понадобилось из пушки палить?
Взведи опять.
Взведи опять!
– Взведи опять. – Второй раунд.
Посмотри в его ёбаное лицо, Малыш Джон.
Посмотри на это лицо.
Теперь он почувствовал.
Но ты ни хрена не почувствуешь,
пока не наставишь его на человека.
Так давай.
Во так, юный босс.
Вот так. Теперь ты чувствуешь.
Чувствуешь то же, что и мы.
Вот каково это.
Майкл, это Уэбли.
Он подпрыгивает при выстреле.
И как оно, Майкл?
Лучше, чем ручку-то в руке держать?
Скорее как свой член в руке держишь. Да.
Точно.
Да.
Нажмёшь...
...и я труп.
Гора, блядь, мяса.
Майкл, ты смотри, чтоб Уэбли не дёрнулся, сам знаешь.
Как нажал на грёбаный спусковой крючок,
тело того, кого пристрелил, покатится тебе под ноги.
Как подкошенное.
Доходит до того, что в комнату не войдешь,
не перестреляв кучу.
Что происходит?
Полли, мы просто учим босса нашим деловым тонкостям.
Майкл, иди в дом...
Я больше не мальчонка, мать вашу.
– Вы пришли сказать, что всё отменяется. – Нет. С чего бы?
– Я читал газеты. – Это бизнес.
Ничего не выйдет.
Я говорил вашему брату.
Весь чёртов план не сработает.
Если Томми хочет сохранить тайну,
передайте, что тут разгуливала девица в мехах
средь бела дня как Царица, мать её, Савская
и спрашивала о броневиках.
Во время траура позволительно о чём-то забыть.
Мы её знаем. Всё под контролем.
А теперь взгляни на этот список.
Это все, кто работает в ночную смену
и состоит в компартии Южного Бирмингема.
У тебя 6 недель.
Вытури их всех.
Ты совсем ненормальный?
Точно.
Да.
Все городские фабрики выйдут на стачку.
И?
Придумай причину.
Ты их вышибешь.
Турнёшь.
Посмотри на список ещё раз.
В твою смену есть ещё коммунисты, которых нет в списке?
Нет.
Только не ври нам, мать твою.
Кого тут нет?
Я не знаю.
Эмманюэля Хантера.
Да?
Член комитета.
Руководит партийной кассой в Спаркхилле.
У тебя он токарь.
Я не знал, что он коммунист.
Мы специально убрали одно имя из списка:
проверить, можно ли тебе доверять.
И доверять тебе нельзя.
Слушайте, я обычный рабочий.
Мы будем следить за тобой.
За твоим сраным домом. – У меня дети.
Эдна и Джон.
Просто уволь их.
По порядку как в списке.
Двоих в неделю.
Последнего в день до перевода часов.
Это да или нет?
– Да. – Спасибо.
Хорошо. Хорошо.
Думаете, он вернётся?
Томми?
Он всегда возвращается.
– У вас речь меняется, когда вы... – Я предпочту говорить
на другие темы.
Посмотрим.
Какие вы любите книги?
О лошадях? Флористике? Вышивке?
Вы удивитесь тому, что я знаю.
Но и тому, что не знаю, тоже удивитесь.
Есть такое, чего вы можете не знать?
Я не получила образования...
...вообще.
А чему вообще можно научиться?
Боже мой.
Простите. Вам нужно отдохнуть.
Вы говорите друзьям, что рисуете гангстершу?
Это всё очень забавно?
По правде, у меня и друзей-то нет.
Все знакомые были знакомыми жены.
Когда она умерла...
Ну...
Знаете, Полли, я делаю это по двум причинам.
Во-первых, в вашем лице столько противоречивых
черт, их непросто поймать в одном выражении.
Это коммерческая причина.
Вторая заключается в том,
что я планирую в итоге соблазнить вас
и, коль угодно богу, переспать с вами.
Чем же это угодно богу?
Это угодно мне.
Стой.
И он не сказал, чего хочет?
Когда был пьян, сказал, отпущения грехов.
И ничего больше.
Спасибо, что нашли время, мадам Бозвелл.
Я слышала, твою жену застрелили.
Если тебе нужны солдаты, все наши мужчины в Эппелби.
Мне не нужны солдаты. Я не поэтому приехал.
Что думаете?
Продаёшь?
Отдаю.
– Почему? – Возьмёте?
Я бы взяла.
– Наденете? – Почему бы и нет?
Это я спрашиваю.
Оно было на моей жене в ночь, когда её застрелили.
И...
Я не сплю по ночам.
В четыре утра лежу и виню себя в её смерти.
Я перегнул палку кое с кем.
Хочешь, чтобы я сказал, что он проклят.
И тогда её смерть не целиком твоя вина.
Если бы я верил священникам,
я бы исповедовался и просил о прощении.
Но у меня есть только вы, мадам Бозвелл.
У меня сын.
У меня бизнес.
Мне нужно спать.
Он проклят.
Его проклятие прожигает мне руку.
Благослови тебя бог, Томми Шелби.
Теперь тебе будет сопутствовать удача.
– Дело сделано? – Сделано.
А ты не намекнёшь хоть, о чём это всё?
Вся религия это дурацкий ответ на дурацкий вопрос.
Это что значит?
Поехали, заберём Чарли из лагеря.
Он уже с избытком плохому научился.
Потом можешь высадить нас у станции.
И, Джонни, на твоём месте сегодня я бы здесь и остался.
Потому что потом...
намечается чертовски большая вечеринка.
Ливерпуль
Только для пассажиров с билетами
Проверьте число и время на билете.
Если не умеете читать, попросите кого-нибудь.
Билеты на другие даты будут уничтожены.
У него свои люди по всем докам.
Если это случится, то сейчас.
С нами всё будет хорошо.
Почему эти ирландцы заранее не заполняют бумаги?
Подумай про Мотт-стрит.
Кафе. Запах кофе.
Господи, помоги нам пройти.
Полиция! Помогите! Полиция!
Офицер, там какие-то люди. Они нам угрожают.
Мы в опасности. Можете проводить нас к докам?
Пожалуйста.
Идите со мной...
Извини, браток, закурить не найдётся?
Спасибо, офицер, это всё.
Джон Шелби.
Тот парнишка, которого я учила?
Джон Шелби, я тебе задницу драла.
Отпустите его.
Пожалуйста... отпустите её.
Артур, сколько раз я смотрела не туда
из-за твоей милой улыбки.
Я сказал, отпустите его, он пойдёт с нами.
Только когда увижу, что жена в безопасности.
Она в безопасности.
Мы её не обидим.
Просто пошевеливайся.
Мы уже ослушались Томми, просто беседуя с вами.
Не давите.
Пожалуйста, идём. Отпустите его.
Отпустите и его тоже. Скажите, всё сделано.
Скажите, он в бухте.
Он не причинит вам зла в Нью-Йорке.
Я не могу так, миссис Чангретта.
Я не могу этого сделать, простите. – Ничего, ничего. Послушай, Одри.
– Нет! – Послушай меня!
Едь в кафе на Мотт-стрит.
Бенито о тебе позаботится.
Отпустите и его! Он же старый!
Я угощала вас конфетами и кексами.
Миссис Чангретта, есть правила.
Ваш муж знает правила.
– Пошли, старик. – Нет!
Простите.
Мы уже ослушались приказа!
Отпустите его, вашу мать!
У вас 10 секунд, потом приказы Томми вступят в силу.
Они вступят в силу.
Раз, два...
Прошу!
...три...
Ты моя любовь навсегда!
...четыре...
Нет! Нет! Нет!
Америка. Новая жизнь.
Нет. Нет. Нет.
Новая жизнь.
...как и мы прощаем должникам нашим... [ит.]
Знаешь, который час, старик?
Я тебе скажу.
Сейчас восьмой час вечера.
И я не дам тебе умереть до рассвета.
Я не нанесу последний удар,
пока мы оба не услышим пение чёрных дроздов.
Чудесные звуки.
Моя жена их больше не услышит.
...отец наш небесный, да святится... [ит.]
А теперь подумай хорошенько, какую часть тебя ты хочешь,
чтобы я отрезал первой.
Открой глаза.
Открой глаза или я отрежу тебе чёртовы веки.
Теперь посмотри на меня.
Смотри на меня.
Это конец.
Твой язык отдавал приказ.
Первым я заберу твой язык.
Потом заберу твои уши.
Потом пальцы на руках
и на твоих поганых ногах.
Если я начну с яиц, ты истечёшь слишком быстро.
Как все вы, твари.
Думаю, первым язык.
Язык первым.
Если отрежу язык, ты не сможешь объяснить.
А я хочу, чтобы ты объяснил.
Я хочу, чтобы ты, блядь, объяснил.
...да пребудет воля твоя... [ит.]
...на небесах и на земле... [ит.]
Давай же, Томми.
Я забыл, кто я.
Козырёк... на глаза.
Сначала я вырежу твои чёртовы глаза!
Я слышал песню дроздов.
И мы дали его жене сесть на корабль на Нью-Йорк.
Мы не убили миссис Чангретту.
Сегодня...
...мы не те парни.
Избавься от тела, Джон.
И от этого избавься.
Насовсем.
Сделала, что было в твоём списке, Ада?
Ты со своим драным списком.
Сделала?
Я поговорила с давним другом Фредди.
Он кандидат компартии от Балзал Хит.
Я спросила у него про бирмингемский отдел
Национального комитета бдительности.
Он сказал, что слышал: советское посольство
получает сведения извне.
Ты узнала имя?
Да.
Но обещай, что никого не убьют.
Ада, это меня или Джона или Артура убьют,
если ты не скажешь грёбаное имя.
Кто-то опережает нас, и я хочу знать, почему.
Джеймс Монкланд.
Агент страховой компании Ллойда. Его контора на Курзон-стрит.
Томми, ради бога, кто вас опережает?
Я знал, что могу на тебя положиться.
Нет, не можешь. Я всего-то задала тебе чёртов вопрос.
Я заметил, что ты снова красишь губы.
И что с того?
Я устала...
Ты можешь изменить то, что делаешь, но не то, чего хочешь.
И чего я хочу?
Скоро намечается вакансия в предприятии Шелби.
В бостонском отделении.
Бостон? Америка?
Помада, одежда из Парижа,
никаких револьверов, всё легально.
Вскружить пару голов. Заключить сделки на перевозки.
Джеймс Монкланд, верно?
Доброй ночи, наша Ада.
– Джеймс Монкланд. – Ваше, сэр.
Кто вы, чёрт возьми, такой?
Чего вам от меня надо?
Вы переправляли сведения об ограблении
ланчестерской фабрики в Спаркбруке.
Вы...
Томми Шелби?
Мне нужно имя лица в организации,
которое передаёт вам сведения.
В какой организации?
Экономическая лига, Комитет бдительности, «Чудаки».
Секция Д.
У них много, мать их, имён.
Дерьмо, дерьмо...
Дайте мне имя доносчика.
Мистер Шелби.
Они очень, очень опасные люди.
К сожалению, мы тоже.
Придётся вам выбрать, кого вы больше боитесь.
Острых козырьков в 11:43 ровно
или Секции Д когда-нибудь потом.
Сделаете не тот выбор, то до 11:44 не дотянете.
Обязательно всегда устраивать переучёт товара ночью, Артур?
Просто это замедляет производство.
Спасибо.
Ночная работа должна закончиться.
Так и будет.
У тебя будут другие дела ночью.
Да.
Да. я знаю.
Мы говорили об этом.
Я хотела подождать, пока у тебя в руках не будет чашки крепкого чаю.
Так пойдём.
Но... я жду ребёнка, Артур.
Ты беременна?
Да.
Ты говорил, что провёл ночь на погрузке.
Ну и я тоже.
Эта ночная работа должна закончиться.
У нас будет ребёнок?
Да.
Это отличная новость.
Хорошо, пошли выпьем чаю.
Пошли.
Пошли. Выпьем этого чаю.
Артур, какого хрена. Что это?
Нет. Мы ждём Томми.
У меня там спёртая статуя с торчащим хреном,
ждёт, когда её переплавят.
Скажи нам. Томми потом расскажешь...
Да. Видишь, его тут нет. Его нет, я ухожу.
– Придержи коней. – Точно, Кёрли. Давай.
– Вот он. – Ладно, что там?
Он, чтоб его, вывалил нам это дерьмо.
– Идём. Идём. – Ладно!
Артур, там же проволока на долбаной пробке. Дай сюда.
Зараза!
Итак, джентельмены.
Линда...
обрюхатилась, я скоро стану грёбаным папашей.
Ебать-копать!
Да, Гай.
Артур, я знал, что в тебе это есть.
Я знал, что в нём это есть.
В сентябре, она посчитала. А сиськи у неё уже другие.
Ещё много что изменится, братишка.
В жопе ты теперь, мужик.
В жопе. В полной жопе.
Нет. Ничего не изменится, Джон.
Пока, Артур.
У меня встреча, надо идти.
Да. Да. Конечно.
Да. А ты..
Иди на свою встречу.
Поздравляю.
– Я стану папашей. – Горжусь тобой.
Ваше Высочество, мистер Томас Шелби.
Приветствую, мистер Шелби, думаю, вы тут всех знаете,
кроме моей жены.
Великая княгиня Изабелла Петровна.
Садитесь, пожалуйста.
Прежде всего, мистер Шелби, мы хотим принести вам искренние
соболезнования в связи с вашей утратой...
свидетелями коей стали некоторые из нас.
– Вы сами вели машину, мистер Шелби? – Да.
– Говорят, вы разбираетесь в машинах. – Верно.
– Мне интересно, чем занимался ваш отец? – Что ж, он...
предсказывал судьбу и воровал лошадей.
Частенько предсказывал, что у человека лошадь уведут,
а тот диву дивился, когда это потом случалось.
Возблагодарим бога перед трапезой?
За всё, что нам предначертано,
возблагодарим господа от всей души.
Аминь. – Я здесь не ради еды, а по делу.
То, что я намерен сказать, можно сказать до подачи блюд.
Потом я оставлю вас продолжать вечер.
Великая княгиня, прошу прощения за дурные манеры моего земляка.
Это доклад о ходе выполнения операции.
Я сделал одну копию в целях безопасности.
Кому мне её отдать?
За операцию отвечает мой муж.
Но так как позднее ожидается водка,
возможно, надёжнее передать всё мне.
Говорите, мистер Шелби, пока мы едим.
Пять бригадиров начали с нашей подачи кампанию
по преследованию коммунистов на пяти фабриках
в Бирмингеме.
Недовольство рабочих будет расти, но мы держим это под контролем.
В ночь на 21 июня будет созвана
общегородская стачка.
Протесты перейдут в беспорядки.
И все неподконтрольные нам полицейские будут заняты.
Город будет парализован. – И как же вы пустите поезд?
У нас два машиниста направлены вести
полночный товарняк в Лондон.
Броневики будут ждать на вагонах-платформах.
– А боеприпасы? – Боеприпасы...
Должен сказать, что суп исключительный.
Непревзойдённый вкус.
Боеприпасы, зажигательные снаряды будут упакованы
в ящики для переправки в Стамбул.
Сколько пути до Лондона?
Поезд не доедет до Лондона.
Весь груз снимут на угольном складе
в Сент-Олбансе и переложат на грузовики Шелби.
Оттуда они направятся прямо в Попларские доки.
Ваше Высочество, если вам сложно разобрать
его акцент, я могу позднее снова пересказать вам весь план.
Если моих людей не будет ожидать судно,
весь груз скинут в воду до рассвета.
А что случится, когда узнают, что техника пропала?
Во время беспорядков фабрику подорвут.
Мой знакомый эксперт по металлолому
подтвердит, что вся бронетехника сгорела
и должна быть списана в утиль.
Никто не узнает, что она в ваших руках.
Мы выработали этот план при встрече в Бирмингеме.
Уверен, что мы всё предусмотрели.
Это...
размер дополнительных расходов,
которые возникнут...
на грузовики и топливо.
Не могу сказать.
Надеюсь, вы с этим согласитесь.
Ну разумеется, мистер Шелби.
Перед уходом хочу известить вас о том,
что я и куска в рот не возьму в одной комнате с пастором.
Приятного вам вечера.
Татьяна. Проводи мистера Шелби до машины.
Да.
Пройдитесь со мной.
Священник передаёт сведения об ограблении
страховщику Ллойда по имени Монкланд.
Тот в свою очередь доносит в советское посольство.
Если желаете, я его убью. Даром.
Зачем священнику передавать сведения врагу?
Мне платят за действия и наблюдения как солдату.
Умозаключения – ваша работа.
Поговорите с Изабеллой. Ей решать.
Вы можете дальше заниматься делами
даже после случившегося.
Может, вы её не любили.
Она здесь.
Рядом со мной.
И говорит мне: «Не доверяй этим людям».
Теперь добудьте мне разрешение убить священника.
Перевод Наталии Братовой для N-Team
Переведено на Нотабеноиде
Переводчики: Nbrat, sashasushko