Мой брат передаёт извинения за то, что не смог присутствовать,
и приглашает вас на встречу к себе домой.
Вам лишь нужно встретиться с Джеком Нельсоном и поговорить с ним
об очередной «эпохе расцвета».
— Если кто и убьёт Томми Шелби… — Это сделаешь ты.
Будущее принадлежит нам.
У вашей дочери чахотка.
Это крайне заразное заболевание.
Руби делают рентген. Нам тоже придётся сделать снимок.
Мать этой девочки могла наложить проклятье.
Возможно, она ждала, пока твоей не исполнится семь.
Чтобы ты узнал, каково это.
Теперь, без виски, я ясно слышу голоса.
Руби будет жить, если я всё исправлю.
Её больше нет, Томми.
СМОЛЛ-ХИТ. СВАЛКА ЧАРЛЬЗА СТРОНГА
РУБИ
Артур.
Я написал пару слов.
Но не могу их произнести.
Ты старший.
Скажи их за меня.
Извини, братец. Я не могу.
Мы могли купить золотой гроб.
Она заслуживает золотой гроб.
Но мы не стали позволять себе такую роскошь.
Потому что золото бесполезно.
Это последнее, чему нас научила Руби.
Эта свалка была её самым любимым местом.
Она говорила:
«Папа,
никогда не знаешь, что принесёт рекой».
И это правда.
Судьба настигла Руби слишком рано.
Но теперь всё изменится. В память о ней и в её честь.
Всё, что принесёт рекой, мы превратим в добро.
В мирное и честное добро.
И отправим дальше в лучшем виде.
Мы будем делать так в память о Руби.
А сейчас мы отправим её. Отправим туда, куда отправляются все.
И будем надеяться, что то место
подобно этому,
и там для неё найдутся лошади и лодки для игр.
Том, бензин готов.
Кто разожжёт огонь?
Иеремия?
Иеремия, ты её смешил.
Разожги огонь.
— Нет, нет! — Лиззи…
Вы её не сожжёте, нет!
Лиза, тише.
Я хочу её увидеть.
— Я просто хочу увидеть её. — Посмотрим вместе. Пойдём.
— Посмотрим вместе. — Да.
Моя малышка.
Руби, злодеи, виновные в этом, поплатятся.
Ты о чём?
Что ты имеешь в виду?
Куда ты?
ОСТРЫЕ КОЗЫРЬКИ 6 СЕЗОН 4 СЕРИЯ
Райли, кажется, приехала полиция.
Эвадна Барвелл?
Да. Кто спрашивает?
В моём лице тебя настиг голубой сапфир.
Не стреляйте! Здесь дети!
Золотая пыль.
Дело окончено, Эсме. Выходи из машины.
Не совсем окончено, Томми.
Думаю, это подходящее время. Я бы даже сказала, что идеальное.
Мы не все дела уладили.
Христиане говорят: «Бог дал, Бог взял».
Наши духи такие же.
Духи забрали твоё дитя.
Выходи из машины, Эсме.
Эти духи хотят дать тебе другого ребёнка, Томми.
Какого ребёнка?
Ты потерял дочь.
Но нашёл сына.
Перед тем, как уехать во Францию,
много лет назад ты переспал с девушкой на ярмарке Апплби.
Её звали Зельда. Я встретила её.
Она сказала, что вы переспали под орешником в мае 1914 года.
Когда она забеременела, её отец угрожал убить тебя,
но ты уже записался в армию и уехал во Францию.
Ты помнишь девушку и орешник, Томми.
Кем бы ни был этот мальчик, Эсме,
— кем бы ни был, наши дела окончены. — Я привела тебя сюда не просто так,
не просто так привела и этого мальчика.
Он твой.
Он родился с глазами цвета ореха.
Он называет себя Дюком.
Его мать умерла. Он вор.
Он промышляет на ярмарках,
но говорит, что хочет от жизни большего, чем карусели и аттракционы.
Если Руби оставила дыру в сердце,
то я отправлю его к тебе.
Если дашь мне ещё золота,
то я скажу ему, что Томми Шелби может
обеспечить намного больше, чем карусели.
Так наши дела окончены или нет, Томми?
Я знаю, куда ты ездил.
Я буду проводить больше времени в Палате общин,
с мистером Черчиллем.
Он борется за то же, что и я.
Я сидела как статуя и думала о том, что ты убиваешь кого-то в её честь.
Организация Шелби будет расширена.
Я создам фонд исследования причин и лечения чахотки.
У женщины, что ты убил, были дети?
— 10 000 детей умирает ежегодно, Лиззи. — Иди спать, Томми.
Я читал исследование.
— Заткнись и закрывай, блядь, глаза. — Нет.
Я не заткнусь!
И что же это за добро такое, что ты обещал творить?
Я убил женщину.
Женщину и трёх мужчин.
Их тела будут выброшены за борт,
вместе с другими телами,
но я схожу с этого корабля на другой.
Ты понимаешь?
Да.
Звонил врач из лечебницы и сказал,
что ему нужно срочно с тобой поговорить.
— Но я думаю, что тебе уже не помочь. — Лиззи…
Фрэнсис сказала, что Артур приехал.
Томми?
— Том? — Да, это я.
Блядь.
Артур, дай зажигалку.
Не могу найти свою.
Извини, что не смог говорить на службе.
Не извиняйся.
Что ты здесь делаешь?
Жду, пока наполнится ебучий стакан.
Эта бочка почти пуста.
Здесь куча бочек, Артур.
Просто открой новую.
Мне показалось, что в них во всех блядская кровь.
Бухло, Том…
сносит, блядь, крышу.
Знаешь, Артур,
ты и до этого был ёбнутый.
Ты ёбнутый ещё с детства.
У меня есть теория.
Это из-за того, что я побил тебя,
когда тебе было двенадцать, а мне девять.
Мы дрались за сигареты.
Вероятно, когда я уложил тебя на лопатки,
то слишком сильно приложил тебя головой.
Это была ничья, Том.
Нет, я тебя побил.
— Пригвоздил. — Не было такого.
— Мы договорились. — Ты так набухался, что не помнишь, брат.
Я помню. Помню мелочи.
Знаю, что помнишь.
Я тоже.
Туман и эфир рассеиваются, да?
Стакан почти полон. Давай его сюда.
Это…
Томми, ты же не…
Ты больше не пьёшь, Том.
После того, как умерла Полли, Артур,
я думал, что могу идти и идти.
Просто продолжал, сука — левой,
правой, левой, правой, левой, правой. Ритм, мать его.
И не собирался останавливаться.
А потом умерла Руби.
Я запнулся и упал.
И вот я тут,
сижу жопой на земле,
будто снова ебучий подкопщик,
с добрым сослуживцем Артуром.
Помнишь январь, Артур?
Семейную лодку?
Вся семья жила на площади меньше,
чем десять таких бочек, блядь.
Помнишь ту ночь на Тайл-кросс —
нас 16 человек, мы спали на лодке, когда пришли копы.
И мы поплыли как крысы.
Все, кроме Артура.
Артур сдерживал их багром, один.
И я помню,
как забрался на шлюз, оглянулся
и увидел, блядь, как ты размахивал багром
прямо перед лицами копов…
В одиночку.
Тогда я понял,
что много лет назад, когда я тебя уложил на лопатки,
ты просто позволил мне выиграть.
Ты хотел, чтобы я выиграл.
С тех пор ты всегда хотел, чтобы я побеждал.
Какие у меня шансы, если ты опять возьмёшься за старое?
Ты остановишься.
Ты остановишься, потому что нужен семье.
Как тот длинный туннель на участке Дадли.
Помнишь канал Дадли, первую линию?
2 900 метров, блядь, кромешной тьмы и плавающих крыс.
— Да. — А потом надо было свернуть,
а там уж и проблеск света. И мы знали.
— Да. — Мы с тобой знали, что скоро конец пути.
И вот сейчас так же, Артур.
Осталась пара метров.
И ты изменишь свою жизнь.
А я изменю мир, блядь.
Мы подумали, что вы захотите поужинать, потому что уже поздно.
— Есть выпивка и сандвичи, если хотите. — Мы пришли не есть.
Мистер Шелби скоро подойдёт.
Пожалуйста, скажите мистеру Шелби,
что изменение мира может подождать.
Он не хочет ждать.
Прошу, шампанское.
Божечки.
Чарльз?
Я услышал машины.
Мистер Шелби, гости…
Я знаю.
Папа, там бентли и роллс-ройс.
Да.
Иди спать, Чарльз.
Я не могу уснуть.
Когда я закрываю глаза, то вижу её.
Иди к маме.
Она не спит.
Она всё не отпускает меня.
Пусть она тебя не отпускает.
Слышишь?
Пусть никогда тебя не отпускает.
Иди.
Мистер Шелби, гости сказали, что поймут, если…
— Вы подали напитки? — Да.
Да.
Хорошо, Фрэнсис.
Повестка у меня в голове.
Я в порядке.
Похоже, что я в порядке?
Если кто-то до вас дотронется, вы не вздрогните.
Спойте.
Спойте. Я люблю эту песню.
Я…
не могу петь песни революции в доме, где скорбят и носят траур.
Спойте тихонько.
Она меня так трогает.
Не смотрите на него. Он англичанин.
Он умеет не слышать.
Дорогая, стоит ли ей спеть песню ирландской революции, пока мы ждём,
или это будет неуместно?
Знаете, я была на похожем собрании в Берлине.
Его посетил сам канцлер,
а также Гиммлер и Геринг.
Оно длилось до восхода солнца.
Мы всерьёз обсуждали будущее мира.
Когда комнату осветил первый луч,
мы встали и смотрели на него, как если бы в нём был грядуший мир.
Мы не пели, не смеялись.
Когда мы завтракали на террасе с видом на горы,
то привели несколько евреев.
Пока мы ели яйца, их заставляли есть траву.
А мы смотрели и попивали кофе.
Мы должны помнить, что это серьёзное дело.
Диана.
Глянь, что ты наделала. Испортила весь настрой.
Пусть она поёт, блядь, свою песню, поднимет нам дух. Пойте, прошу.
В городишке под названием Белфаст
Где я рождён был быть торговцем
Я провёл много милых, счастливых часов
В этом миленьком городишке
Но настигло меня несчастье
Чёрный дрозд сел мне на плечи И поёт для меня
Сломалось?
Мама починит.
Слышишь ли ты оттенки моей горечи Или для тебя всё лишь чёрно-белое?
Пусть утро настало, но чувства всё те же
УБИРАЙСЯ, ШЛЮХА! НИКАКИХ ЧЁРНЫХ В НАШЕМ РАЙОНЕ!
Подай, птичка, голос и скрась мне путь
Птичка, я не понимала любовь
Я любила его
Птичка, и не могла постичь
Что я отбиваюсь от того Чего хочу и боюсь
Подай голос, птичка, скрась мне путь
Войди в мои сны и спой же мне
Когда я вижу сон
Видишь ли ты его в цвете И видишь ли вовсе?
Образ столь мирный, но вижу его я одна
Подай, птичка, голос и скрась мне путь
Её больше нет.
Её глаза сияли каменьями
Я думал, что она королева
— Мистер Шелби. — Не надо соболезнований, пожалуйста.
Спасибо, что пришли.
Давайте попробуем понять,
как будет выглядеть наш новый мир.
Возможно, мистер Мосли, мы можем подумать, какую пользу
принесёт мистер Нельсон, пока он ещё не уехал.
Это я отвечаю за то, что слышит президент США.
И поэтому я здесь, так?
Нам есть что нашептать президенту.
Скажите ему, что мы и есть Англия.
Мы передаём её настроение.
А в Ирландии достаточно английских миротворцев,
но мы представляем свободный дух страны,
чьи сыны населили вашу.
Слыхал, и там, и там есть коммунисты.
Мы создаём оплот против них.
Когда речь идёт о рабочем классе,
подтолкнуть людей от республиканства
к фашизму для нас очень легко.
Нам доверяют.
Вы любите псовую охоту, мистер Мосли.
Будете ли вы охотиться на коммунистов?
Мои псы готовы сорваться с места.
Шелби,
вы выдвигались от социалистов.
У мистера Шелби самая обширная поддержка в Палате общин.
В самом сердце Англии.
Когда придёт время, он выйдет из партии
и будет выступать как независимый кандидат.
Но вы искренне верите в нашу цель, мистер Шелби?
Я ведь пришёл.
Мистер Нельсон, спустя четыре дня…
Спустя всего четыре дня я здесь,
в этой комнате, на этой встрече. Я здесь и настроен серьёзно.
Докажите ему это.
Докажите действием.
Смерть евреям.
Из-за этого всего нас убьют.
Иди спать.
В школе со мной перестали разговаривать.
Говорят, что чернота заразна.
Когда они придут к власти, то заберут её у тебя.
Они разделят нас.
Её отправят в Африку.
Да?
А куда отправят тебя?
Куда отправят тебя, Карл?
Ты наполовину цыган,
так что в Египет, наверное?
Я никогда не говорила тебе,
потому что это было не важно.
Но теперь это важно.
Твой отец был евреем.
Сыном портного в Стечфорде.
Его семья сменила фамилию на Торн,
чтобы в окна перестали бросать камни.
Так куда отправят тебя, Карл?
Мистер Нельсон, доложите своему президенту,
что аристократия и меритократия пришли к единому мнению о том,
что скоро придёт новый порядок мира.
Также передайте, что сейчас нам поставляют оружие из Германии.
Британия перекрывает наши линии снабжения.
Мы бы оценили помощь из Бостона.
Я могу дать оружие, если оно послужит благой цели.
И раз уж речь зашла об импорте и экспорте,
мистер Шелби, в свете наших новых отношений,
и так как вы доказали свою приверженность
самым неожиданным способом,
Бостон официально открыт для импорта ваших товаров.
Хорошо.
Если мы пришли к соглашению,
то, пожалуй, пора прощаться.
Определённо.
Это та самая машинка, что ты купил мне много лет назад,
чтобы я стала «более респектабельной».
Помнишь?
Да.
Пришло письмо.
Из лечебницы.
Я уже заплатил по счетам Руби.
Не думаю, что это счёт.
Вроде это срочно. От главврача.
Почему ты не пришёл спать?
Я печатаю запись встречи.
Если я сразу записываю, то могу цитировать слово в слово.
Информация более…
полезна мистеру Черчиллю, если передана дословно.
Я сжёг её стульчик.
От краски остался запах.
Я не открыл окно.
Запах мне даже понравился.
Не сейчас.
Пока нет.
Мне нужно работать, потому что теперь я знаю,
что могу измениться.
Что мне нужно измениться.
Измениться к лучшему, Лиззи.
Так что пока — нет.
Алло.
Я видел, как он уходил.
Ему нужна эта квартира только для одной цели, да?
Вы следите за мной, мистер Шелби?
Я польщена.
Но зачем?
Когда я имею с кем-то дело,
то моё дело — знать секреты партнёра.
Репутация Мосли — не секрет.
Не его, а твоя.
Откуда ты узнал, что я здесь?
Я многое знаю.
Я читаю мысли, знаешь ли.
Всего один взгляд. Это талант.
Ох уж эта семейка…
Сплошь ведьмы и заклинатели.
Твой дядя лишит тебя наследства.
Трахаешь за его спиной его же бизнес-партнёра.
Думаешь, его заботит мораль?
Он католик.
Мужчины делают, что хотят, женщины — что им скажут.
Расскажешь Майклу?
Майкл — часть семьи.
Это семейное дело.
Тебе нет никакого дела ни до меня,
ни до Майкла.
Скажи, что тебе на самом деле надо?
Ты поедешь с Мосли,
когда он отправится в Берлин.
Будешь присутствовать,
когда он встретится с членами немецкого правительства.
Я хочу знать, что они обсуждают,
к какому решению придут.
А если я солгу?
Я пойму.
Знаешь, Майкл считает, что ты дьявол.
И я думаю, что он прав.
Это вторая причина, по которой я приехал.
Какие у Майкла намерения на мой счёт?
Если ты соврёшь, я пойму.
Томми,
он собирается довести сделку до конца.
А потом вы разойдётесь.
Блядь.
СРОЧНО, ТОМАСУ ШЕЛБИ
КАБИНЕТ ДОКТОРА Э.ХОЛФОРДА, ЛОНДОН
ДИАГНОЗ: ТУБЕРКУЛЁМА. НЕОБХОДИМА СРОЧНАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ
МИСТЕР ШЕЛБИ, ПРОСТИТЕ, ЧТО СООБЩАЮ ПИСЬМОМ, НО ЛЕЧЕБНИЦА НЕ МОГЛА С ВАМИ СВЯЗАТЬСЯ.
НО ДЕЛО ПРИНЯЛО КРАЙНЕ СРОЧНЫЙ ОБОРОТ. НАМ НУЖНО ВСТРЕТИТЬСЯ КАК МОЖНО СКОРЕЕ.
Зайдите.
Мистер Шелби, доктор Холфорд.
Пусть заходит.
Вы написали, что хотите поговорить лично.
Так что вот он я.
Вам лучше присесть.
Мистер Шелби, я знаю, что вы скорбите по дочери,
но это неотложные новости.
После рентгена и обследования в лечебнице десять дней назад
у вас не нашли туберкулёз.
Но нашли кое-что другое.
Нечто похожее на болезнь вашей дочери.
В больнице с вами пытались поговорить,
но вы отказывались сотрудничать.
После того, как умерла ваша дочь,
вас не могли найти, чтобы сообщить лично.
Потом позвонили мне, так как я ваш личный врач.
Я не предложил вам чаю. Вы ужасно выглядите. Будете чай?
Нет.
В лечебнице взяли кровь на анализ.
Результаты предполагают, что тень, которую вы видите
в основании черепа —
это не рак.
Это туберкулёма.
Её вызывают те же бактерии, которые вызывают туберкулёз.
Вы могли заразиться от дочери.
Как только в дом попадает болезнь, она там свирепствует.
Может передаваться через простой поцелуй.
Кажется, дом Шелби не исключение.
Мистер Шелби, я понимаю, что вы всё ещё в трауре,
но это очень серьёзное дело.
Судя по размеру, растёт она быстро.
Не сомневаюсь, что у вас уже появились первые симптомы.
Были ли у вас недавно судороги?
Слабость, галлюцинации, потеря в пространстве?
Почему вы не пришли ко мне?
У меня полно работы.
Я опасен для окружающих?
Нет.
Туберкулёма не заразна, в отличие от туберкулёза.
Мистер Шелби, туберкулёма не заразна,
но, боюсь, в вашем случае
она не операбельна.
Она растёт на стволе мозга.
Попытки удаления
могут вызвать травму мозга и кровоизлияния.
Пока вы не отвечали на мои звонки,
я показал ваши снимки трём лучшим хирургам страны.
Все трое сказали,
что операция бесполезна.
Вам, конечно, захочется узнать стороннее мнение.
Доктор Хелен Разерфорд, из больницы святого Томаса.
Она друг.
Эта…
туберкулёма, насколько всё плохо?
С ростом опухоли
ухудшается как физическое, так и психическое состояние.
В конце концов вам понадобится постоянная помощь.
От людей, которые очень вас любят.
Сколько осталось?
Я понимаю, что вы победили много врагов, мистер Шелби.
Теперь у вас новый враг…
и он внутри вас.
Вы не сможете победить его,
но сможете какое-то время держать оборону.
Если будете придерживаться здорового образа жизни, если будете бороться…
Я задал вам вопрос.
И хочу получить ответ.
Я не хочу слушать ебучую банальщину.
Как скоро мне понадобится помощь от любящих людей?
— Извините. — Всё в порядке, Лиззи.
Мой бухгалтер уже уходит.
Я позвоню вам, когда вернусь в Лондон.
У меня нет на это времени.
Вы же бухгалтер, озвучьте сроки, мать вашу.
Год.
Возможно, полтора.
Хорошо. Это всё, что мне надо знать.
Я скорректирую финансы в соответствии с этим. Спасибо.
— Я напишу вам о всех последствиях. — Хорошо, спасибо.
Всего хорошего.
Что-то серьёзное?
Нет, просто…
счёт, который я не ожидал.
И мне придётся расплачиваться.
Дашь мне минутку, Лиззи?
Хорошо.
Никакого дьявола…
Лишь обычный смертный.
В этой семье будет война,
и один из вас умрёт.
Полли.
Дай мне время закончить то, что я должен закончить.
Убей.
Переведено студией FOCS при поддержке зрителей
Перевод: Настасья Москвина Редактура: Анастасия Цюпер